Австралия

Австралия

Содержание:

Важнейшие исторические события в Австралии

Человек впервые появился в Австралии около 40 тыс. лет назад. В 1968 г. у оз. Манго, на западе Нового Южного Уэльса, были открыты древней­шие в Австралии остатки человека, воз­раст которых, как показали радиоугле­родные анализы, — 25 тыс. лет. Морфо­логически этот человек почти не отли­чался от современного аборигена. Древ­ность каменных орудий и очагов, обнару­женных в окрестностях оз. Манго, оказа­лась еще большей— 32 тыс. лет. Для археологических местонахождений Ав­стралии это пока самая ранняя дата. Име­ются и другие даты, основанные на радио­углеродном анализе, близкие к ней. Так, древность следов деятельности челове­ка — орудий, кострищ в пещере Куналда в Южной Австралии — достигает 31 тыс. лет. Такова же древность археологиче­ских местонахождений в районе Кейлора в Виктории. В глубине пещеры Куналда найдены наскальные изображения, более древние, чем многие классические произ­ведения пещерного искусства палеолити­ческих обитателей Европы. Приведенные выше данные относятся к юго-восточной Австралии, а так как заселение материка шло с севера, можно предположить, что оно началось значительно раньше, т. е., как уже говорилось выше, около 40 тыс. лет назад.

На севере Австралии, на полуострове Арнемленд, в 1960-х годах найдены древ­нейшие в мире топоры, отшлифованные по краям; сделаны они около 23 тыс. лет назад. Все это говорит о том, что в то время в Австралии жили люди современ­ного физического типа, не уступавшие по своему развитию их собратьям в других частях света, а кое в чем и превосходив­шие их.

Каково же происхождение австралий­цев, как эти люди оказались на материке, окруженном со всех сторон океаном?

Следует сказать, что, с тех пор как в начале XVII в. европейцы впервые уви­дели аборигенов Австралии, загадка их происхождения стала волновать многих исследователей. Вероятно, трудно найти другой народ, о происхождении которого было бы высказано столько самых проти­воречивых гипотез. И это не удивитель­но: австралийские аборигены населяли далекий, отрезанный от остального мира континент, жили в каменном веке и наряду с их соседями— тасманийцами были носителями самой архаичной куль­туры. В их антропологическом типе соче­тались черты по крайней мере двух боль­ших рас — негроидов и европеоидов: свойственные негроидам темная окраска кожи, широкий нос, толстые губы и характерные для европеоидов длинные волнистые волосы, большая борода. Была высказана догадка, что абориге­ны — автохтоны Австралии, т. е. что они здесь, в Австралии, и появились. Не могли же они переплыть океан в своих лодках, сшитых из древесной коры или выдолбленных из ствола дерева! Этот взгляд сохранялся вплоть до XX в. В XVII в. он выдвигался учеными для опровержения библейской теории о про­исхождении всех людей от Адама; в XIX в. антропологический тип абориге­нов и относительная примитивность их культуры дали повод для предположения, что от них произошли все остальные расы, что Австралия — родина человече­ства. Наконец, в первой половине XX в. автохтонность коренных австралийцев подкреплялась популярной тогда теорией о расхождении материков, о существова­нии древнего континента, часть которого Австралия составляла. Ученым-эволюционистам XIX в. аборигены Австралии казались живыми представителями куль­туры древнего каменного века. С этого времени стало почти общепризнанным, что изучение австралийской культуры дает ценнейшие сведения о прошлом человеческого общества, что этнография Австралии— один из главных источни­ков для исследования ранних этапов социального и культурного развития че­ловечества. Достижения науки XX в. поколебали этого положения, однако обосновывается теперь во многом по-другому.

В XX в. гипотеза о возникновении коренных австралийцев на территории Австралии не получила подтверждения, так как здесь не были найдены остатки высших видов обезьян, ни древнейших и древних людей — архантропов и палеоантропов. Но антропологический тип аборигенов Австралии действительно сохранил черты, свойственные и другим расам в глубочайшей древности.

Геологи установили, что во время последнего ледникового периода, который закончился примерно 12—13 тыс. лет назад, уровень Мирового океана был ниже, чем теперь, и между Юго-Восточной Азией и Австралией, там, где теперь разбросаны острова Индонезии, простиралась суша, лишь местами перерезанная сравнительно неширокими проливами.
На протяжении всего палеолита и мезо­лита Австралия и Океания вместе с Южной и Юго-Восточной, а частично и с Восточной Азией составляли единую культурно-историческую область. Ми­гранты из Южной и Юго-Восточной Азии, начав заселение Австралии, отде­лились от других рас и удержали в изоля­ции особенности древнего обобщенного расового типа, свойственного некогда и им, и другим расам. Многими антрополо­гами австралоидная раса рассматривается теперь как самостоятельная большая раса наряду с европеоидной, негроидной и монголоидной.

Одно целое с Австралией составляла и Тасмания— на месте нынешнего Бассова пролива, отделяющего этот остров от материка, в плейстоцене была суша. Засе­лив восточную Австралию, люди прони­кли по ней в нынешнюю Тасманию. Если еще недавно было распространено мне­ние, что Тасмания заселена выходцами из Океании, то теперь нет никакого со­мнения в том, что тасманийцы — по­томки древних австралийцев. Это под­тверждается, в частности, недавним открытием археологического местонахож­дения в одной из пещер на острове Хантер в Бассовом проливе, у берегов Тасмании. Его древность достигает 22 тыс. лет.

Тасманийцы, живя на протяжении тысячелетий в еще большей, чем австра­лийцы, изоляции, предстают обществом, не имевшим многих культурных достиже­ний даже их соседей австралийцев. Может быть, это было единственное на земле общество, которое до XIX в. находилось на палеолитической ступени развития (об австралийцах это можно сказать лишь в отношении некоторых племен).

Первым европейцем, открывшим в на­чале XVII в. Австралию (точнее, ее север­ное побережье), считается голландский мореплаватель В. Янсзон, хотя имеются сведения о посещении австралийских бе­регов до него португальскими моряками. Голландские мореплаватели в XVII в. сы­грали большую роль в исследовании северного, западного и южного побере­жий континента, и сам он получил на­звание Новой Голландии (Австралией он стал называться в начале XIX в.). В 1770 г. знаменитый английский море­плаватель Джеймс Кук открыл восточ­ный берег Австралии. Посещение конти­нента его экспедицией известно как вто­рое «открытие» Австралии. Кук объявил открытые им новые земли — восточ­ную часть континента — английским вла­дением под названием Новый Южный Уэльс. В Сиднее был установлен памятник английскому мореплавателю Дж. Куку.

К этому моменту аборигены Австралии населяли весь континент, причем наибо­лее густо были заселены самые благопри­ятные для жизни области: восточная и юго-восточная Австралия, берега морей, долины и устья больших рек. Числен­ность коренного населения тогда, по приблизительным подсчетам, достигала 300 тыс. человек.

Плохие природные условия и оторван­ность от остального мира замедлили раз­витие австралийских племен. Они находились на уровне охотничьего и собиратель­ского хозяйства и не знали земледелия и скотоводства.

Начало европейской (английской) ко­лонизации Австралии было непосред­ственно связано с потерей Англией ее 13 североамериканских колоний в ходе войны за независимость в Северной Аме­рике. Английские правящие круги хотели компенсировать эту потерю захватом но­вых территорий. Определенное значение имело и то, что английское правительство лишилось возможности отправки туда ссыльных из Англии (Северная Америка свыше столетия служила местом ссылки), а английские тюрьмы оказались перепол­ненными. В поисках выхода из «затруд­нительного положения» английское пра­вительство обратило свое внимание на незадолго до этого вторично «открытую» Австралию. Английским парламентом был принят закон о создании там каторж­ного поселения в целях «предотвращения бед, которые могли проистечь от устра­шающего увеличения числа преступни­ков в стране, и в особенности в столице».

Первый транспорт ссыльных был от­правлен из Англии в мае 1787 г. и при­был в Австралию в январе 1788 г. На восточном побережье континента выса­дилось 850 ссыльных и около 200 солдат и офицеров. Было основано первое каторжное поселение, получившее назва­ние Сидней. В нем был установлен жест­кий каторжный режим. За малейший про­ступок ссыльные подвергались наказа­нию плетьми, за более серьезные про­ступки или неподчинение властям — казни через повешение.

В 1793 г. в Австралию прибыла первая группа «свободных» поселенцев из Ан­глии. Однако приток «свободных» был невелик, и колонизация континента осу­ществлялась прежде всего путем создания новых каторжных поселений. Население (европейское) росло медленно, и в основ­ном за счет ссыльных. В 1800 г. оно (не считая военных) составляло около 5 тыс. человек, а в 1810 г. — 11,6 тыс. человек.

Вначале английские поселения концен­трировались вдоль юго-восточного побе­режья континента. В 1824 г. на базе этих поселений была создана первая англий­ская колония в Австралии — Новый Южный Уэльс. В 1827 г. правительство Англии официально объявило об уста­новлении английского суверенитета над всем континентом. По мере увеличения численности европейского населения воз­никали новые колонии. В 1825 г. из Нового Южного Уэльса выделилась колония Тасмания. В 1829 г. была создана колония Западная Австралия, в 1836 г. — Южная Австралия. В 1851 г. была объявлена отдельной колонией выделившаяся из Нового Южного Уэльса Виктория. В 1859 г. образовалась колония Квинсленд.

Хотя процесс образования колоний проходил довольно быстро, внутренние области Австралии в течение длительного времени оставались для европейских поселенцев «неведомой землей».

Весь XIX век был на Пятом континенте веком путешествий и географических открытий. В ходе первых экспедиций из Сиднея в глубь материка в 1813—1817 был пересечен Большой Водораздельный хребет и к западу от него открыты большие площади пригодной для сельского хозяйства земли. В 1840 г. П. Стшелецкий в Австралийских Альпах самую высокую вершину Австралии и назвал ее горой Косцюшко в честь национального героя Польши.

В конце 1840-х годов крупный вклад в изучение северо-восточной части континента внес JI. Лейхардт. В 1848 г. возглавлявшаяся им экспедиция в глубь континента бесследно исчезла. Трагически закончилась также экспедиция Р. Берка, который впервые пересек континент в 1860 г., пройдя от Аделаиды до залива Карпентария. В 1862 г. путешественник Дж. Стьюарт 2 раза пересек континент сделав ряд важных географических открытий в центральной Австралии. К концу века в результате более чем десятка крупных экспедиций исследование внутренних областей Австралии было в основном завершено.

После открытия обширных пастбищ в глубине континента с 20-х годов XIX в. стало быстро развиваться овцеводство, причем сразу же на капиталистической основе. Отдельные лица и уже возникав­шие в то время овцеводческие компании захватывали огромные пастбищные тер­ритории. В 30-х годах возникли первые промышленные предприятия.

Решающую роль в развитии австралий­ской экономики на первых порах играл труд ссыльных. Всего в Австралию до окончательного прекращения в 1868 г. ссылки было сослано около 155 тыс. че­ловек. Среди ссыльных были, разумеется, опасные уголовные преступники, но многие ссылались за самые незначитель­ные преступления. Немало было сослан­ных за «политические преступления» (участники восстаний в Ирландии, кре­стьянских выступлений в Англии и Шот­ландии, луддиты, Чартисты и др.).

Крупные овцеводы-скваттеры и про­мышленники нуждались в широком притоке рабочей силы, который нельзя было обеспечить только за счет ссыльных. В их интересах английское правитель­ство стало применять принципы «систематической колонизации», выдвинутые английским буржуазным экономистом и проповедником колониальной экспансии Э. Г. Уэйкфилдом. Колониальные вла­сти стали продавать землю по ими же установленной высокой цене, и значи­тельная часть поступавших сумм шла на оплату переезда новых переселенцев из Великобритании.

Английская колонизация Австралии сопровождалась безжалостным истреблением коренного населения. Для уничтожения аборигенов устраивались насто­ящие охоты, применялись такие вар­варские методы, как отравление источни­ков и подбрасывание отравленной пищи. В целях поощрения лиц, участвовавших в истреблении аборигенов, выдавались премии по числу отрезанных ушей. В 1830 г. во время так называемой чер­ной войны в Тасмании цепь стрелков «прочесала» весь остров, убивая всех встречавшихся на пути тасманийцев. Не­большая группа оставшихся в живых тасманийцев была вывезена на неболь­шой остров, где они все до последнего вымерли к началу 1970-х годов XIX в. Остатки коренного населения континен­тальной Австралии были оттеснены во внутренние бесплодные районы.

50-е годы XIX в. были важным пере­ломным моментом в истории страны. Открытие золота в Виктории и последо­вавшая за этим «золотая лихорадка» (1851—1861 гг.) привели к быстрому развитию экономики. Развернулась мас­совая свободная иммиграция. За десяти­летие население увеличилось почти в 3 раза (с 405 тыс. до 1,2 млн. человек). Массовая иммиграция способствовала усилению борьбы против сложившегося к тому времени в Австралии крупно­го землевладения. Крупные овцеводы-скваттеры — «скваттократия», как назы­вали их в стране, — были опорой английского колониального правления. Трудя­щиеся массы выступали против их заси­лья в политической жизни колоний, боро­лись за парламентское представительство и самоуправление. Во главе этого движения стали золотоискатели, среди которых было немало людей, придерживавшихся чартистских взглядов.

В декабре 1854 г. на золотых приисках Виктории вспыхнуло восстание. Золото­искатели потребовали введения всеобщего избирательного права и отмены спе­циальных разрешений на право добычи золота. В небольшом городе Балларате несколько сот восставших укрепились на месте, где ранее стояла гостиница «Эври­ка» (здание гостиницы незадолго до этого было сожжено золотоискателями во время стычки с полицией). Английские регулярные войска и полиция штурмом захватили воздвигнутое восставшими не­большое укрепление. Восстание было подавлено. В бою погибло более 30 его участников. Восстание вошло в историю под названием эврикского.

Эврикское восстание ускорило предо­ставление колониям внутреннего само­управления. В 1855 г. получили внутрен­нее самоуправление Новый Южный Уэльс, Виктория, Южная Австралия и Тасмания. Но последние английские вой­ска покинули территорию Австралии только в 1870 г.

Восстание дало толчок развитию рабо­чего движения. Возникли профсоюзы, объединявшие значительную часть рабочих (в том числе сельскохозяйственных). Рабочие путем забастовок и демонстра­ций боролись за повышение заработной платы и сокращение рабочего дня.

В конце 50-х — начале 60-х годов XIX в. в Австралии впервые во всем мире квалифицированные рабочие доби­лись восьмичасового рабочего дня (к 1870 г. восьмичасового рабочего дня до­билось большинство австралийских рабо­чих).

В последней трети XIX в. в стране происходило созревание экономических и политических предпосылок объедине­ния колоний в единое государство. Быстро развивалась промышленность, главным образом легкая, пищевая и горнодобывающая. В 1874 г. в Лондон при­был первый пароход с мороженым австралийским мясом. Открывшаяся воз­можность сбыта на английском рынке мяса, масла и сыра послужила важным толчком к развитию хозяйства в австралийских колониях.

Наряду со скваттерами в экономике все более видную роль стала играть про­мышленная буржуазия, которая была заинтересована в уничтожении существо­вавших между колониями таможенных перегородок и в создании общеавстралийского рынка. Это явилось важнейшей предпосылкой для объединения колоний. Сторонники его выдвинули лозунг: «Один континент — одна нация». Бур­жуазия стремилась к объединению коло­ний также для того, чтобы консолидиро­вать свои силы в борьбе с рабочим движе­нием. Общеавстралийские забастовки моряков и ширеров (рабочих, занятых стрижкой овец) в начале 90-х годов пока­зали силу рабочего класса. Происходили стычки забастовщиков с полицией, кото­рая несколько раз открывала огонь. «Не нашей будет вина, если кровь обагрит цветы мимозы», — писал в стихотворе­нии, опубликованном в профсоюзном журнале того времени, певец австралий­ского трудового народа Г. Лоусон (Ми­моза — национальный цветок Австра­лии).

В 90-х годах в условиях подъема рабо­чего движения возникла Австралийская лейбористская партия, в которой, одна­ко, с самого начала проявились правооппортунистические тенденции. В первую очередь это объяснялось тем, что австралийский капитализм располагал больши­ми возможностями подкупа верхушки ра­бочего класса вследствие своего моно­польного положения на мировом рынке шерсти. Буржуазия, напуганная стачеч­ной волной начала 90-х годов, вообще предпочитала идти на определенные уступки трудящимся, чтобы не допустить опасных вспышек недовольства.

Распространению реформизма способствовало также и то, что большинство рабочих было воспитано в духе тредюнионизма. Представление о социализме рабочие Пятого континента в основном черпали из произведений мелкобуржуазных социалистов.

В конце XIX в. была фактически запрещена иммиграция в страну представителей «неевропейских рас». С тех пор (до начала 60-х годов XX в.) расистская политика запрещения «цветной» иммиграции проводилась всеми австралийскими правительствами.

В 1900 г. английский парламент нанял согласованный с правительствами колоний закон об объединении всех шести колоний в федерацию - Австралийский Союз. С 1 января 1901 г. Австралийский Союз получил статус доминиона, а колонии — права штатов.

После создания Австралийского Союза ускорился процесс складывания английской нации на основе этнической консолидации англичан, ирландцев, шотландцев и уэльсцев. Видная австралийская прогрессивная поэтесса Мэри Гилмор так описывала «родословную» новой нации: «Внуки шотландских нагорий, внуки английских болот, потомки теснин валлийских, зеленого Эрина род». Однако аборигены фактически оставались вне этого процесса. Они даже не считались гражданами Австралии и не учитывались во время переписей: парла­ментами штатов и федеральным парламентом был принят целый ряд законов, лицемерно названных «актами об охране аборигенов», согласно которым коренное население было объявлено «не имеющим гражданских прав, но находящимся под опекой государства» (эти акты были отменены только в конце 60-х годов XX в.). На деле такая «опека» привела к закреплению полного беспра­вия коренного населения, которое было оттеснено на худшие земли, и к созданию для подавляющей части аборигенов системы резерваций, к отделению их от остального населения страны (абориге­нам, в частности, было запрещено проживание в крупных городах).

В начале XX в. капитализм в Австра­лии, по словам В. И. Ленина, «...со­всем еще юный. Страна только-только складывается в самостоятельное госу­дарство» (В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 23, с. 291). Но сравнительная «молодость» не помешала его вступлению в стадию империализма. Австралийские монополии возникли и развивались на базе англо-австралийского капитала, при этом господствовал в экономике доми­ниона английский капитал. Австралий­ский капитализм был фактически «фи­лиалом» английского капитализма. Вме­сте с тем капиталисты Австралийского Союза получали большие выгоды от уча­стия в колониальной монополии Англии, в эксплуатации английской колониаль­ной империи. В 1906 г. Англия передала Австралийскому Союзу колонию Папуа (юго-восточная часть Новой Гвинеи), что положило начало превращению самой Австралии в колониальную державу.

Буржуазия Австралии поощряла рост оппортунизма в рабочем движении. Она опиралась в этой своей политике на поддержку лейбористского руководства, вы­ступавшего за «сотрудничество классов». В. И. Ленин, характеризуя Австралий­скую лейбористскую партию начала XX в., указывал, что она «даже и на сло­вах не является социалистической партией (В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 23, с. 290).

В 1904 г. впервые в мире в Австралии буржуазия допустила социал-реформистов к власти: Лейбористская партия сформировала федеральное правитель­ство (оно просуществовало всего три месяца). В начале XX в. Лейбористские правительства находились у власти в 1908—1909,- в 1910—1913 и 1914— 1917 гг. Оппортунисты в международ­ном рабочем движении поспешили объ­явить Австралию «счастливой страной», где трудящиеся якобы мирным путем пришли к власти. На деле Лейборист­ская партия Австралии, оказавшись пра­вящей партией, проводила буржуазно- либеральную политику. В. И. Ленин раз­облачил попытки буржуазных идеологов выдать некоторые специфические особенности австралийского капитализма за закономерности развития капитализ­ма вообще, решительно выступив против либералов в Европе и России, «...ко­торые пробуют «учить» народ ненуж­ности классовой борьбы на примере Австралии...» (В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 23, с. 292). Лейбористские прави­тельства Австралийского Союза активно поддерживали империалистическую по­литику метрополии.

Австралия приняла участие в первой мировой войне. Австралийские экспеди­ционные войска (свыше 300 тыс. солдат и офицеров) действовали в составе бри­танской армии во Франции и на Ближнем Востоке. Война способствовала росту мо­нополистического капитала и усилению классовых противоречий в стране.

После первой мировой войны заверши­лось превращение Австралийского Сою­за в малую империалистическую держа­ву. Впервые самостоятельно выступая на международной арене (австралийские представители приняли участие в Парижской мирной конференции 1919 — 1920 гг.), они выдвинули притязания на все бывшие тихоокеанские колонии Герма­нии. Часть из них (бывшую германскую Новую Гвинею и остров Науру) Австра­лия получила как мандатные террито­рии (Науру — совместно с Англией и Новой Зеландией).

Особенностью первых послевоенных лет было усиление рабочего движения, которое развивалось под влиянием Октябрьской революции в России. В стра­не активизировалась деятельность со­циалистических и других левых групп. Крупный вклад в распространение идей марксизма на Пятом континенте внес видный большевик Артем (Ф. А. Серге­ев), который после побега из сибирской ссылки жил и работал (1911—1917 гг.) в Австралии. Австралийские трудящиеся выступали против участия войск Австра­лийского Союза в империалистической интервенции в Советской России. Развернулось движение «Руки прочь от Рос­сии».

В 1927 г. по инициативе коммунистов был создан единый профсоюзный центр — Австралийский Совет профсо­юзов, в который вошло большинство профсоюзов страны.

Мировой экономический кризис 1929—1933 гг. потряс всю австралий­скую экономику. К 1933 г. число безра­ботных приблизилось к полумиллиону (около 30% общей численности рабочих и служащих). Лейбористское правитель­ство, находившееся в этот момент у вла­сти, пыталось добиться «оздоровления» экономики за счет снижения жизненного уровня трудящихся. На политику прави­тельства рабочие ответили волной заба­стовок. Правительство использовало против забастовщиков войска.

Важным моментом в истории страны было признание за Австралийским Сою­зом (как и за другими доминионами) по Вестминстерскому статуту 1931 г. права на полную самостоятельность во вну­тренней и внешней политике. Однако вплоть до второй мировой войны метро­полия фактически сохраняла контроль над австралийскими внешнеполитическими связями. В экономическом отно­шении Австралия оставалась аграрно-сырьевым придатком Англии; английский капитал продолжал господствовать в ее экономике.

Предвоенные годы были годами не­прерывных преследований правитель­ством компартии и прогрессивных профсоюзов. В то же время в стране происхо­дило усиление антифашистских настро­ений. Прогрессивные силы Австралии выступали за активную политику борьбы против фашизма, в поддержку Совет­ского Союза и стран, которым угрожали фашистские агрессоры. Ярким проявле­нием этих настроений была широкая кампания помощи республиканской Ис­пании, развернувшаяся на Пятом кон­тиненте. Австралийцы сражались в со­ставе интернациональных бригад.

В сентябре 1939 г. Австралия одновре­менно с Великобританией и Францией объявила войну фашистской Германии. Австралийские войска участвовали в во­енных действиях в Западной Европе, Северной Африке и на Ближнем Восто­ке. После начала войны на Тихом океане (с декабря 1941 г.) они в основном испо­льзовались на тихоокеанском театре против Японии. Вооруженные силы Австра­лии превышали в разгар войны 900 тыс. солдат и офицеров.

В октябре 1942 г. были установлены дипломатические отношения между Ав­стралией и Советским Союзом.

Как и в первую мировую войну, Австралийский Союз непосредственно не пострадал от военных действий (если не считать бомбардировок японской авиацией двух городов — Дарвина и Брума).

Тяжелые поражения британских (в их число входили и австралийские войска) вооруженных сил в Юго-Восточной Азии в 1941—1942 гг. вскрыли слабость позиций Англии в этом районе. Возникла непосредственная угроза японского вторжения на Пятый континент. В этих условиях правящие круги Австралии перешли, в значительной мере к ориентации на США. Страна превратилась в одну из главных баз американских военных опе­раций на Тихом океане. В годы второй мировой войны и непосредственно после нее была ликвидиро­вана внешнеполитическая зависимость Австралии от Великобритании. Австралийский Союз превратился в самостоятельное государство. Австралийский империализм стал выступать на мировой арене как младший партнер американского и английского империализма. Войска Австралийского Союза, в частности принимали участие в 50-х годах в вооруженной интервенции американских империалистов в Корее и в колониальной войне английских империалистов против народов Малайи. Страна стала членом сколоченных американскими империалистами военных блоков АНЗЮС (соз в 1951 г.) и СЕАТО (создан в 1954 г.). При этом сохранились тесные связи с бывшей метрополией. На территории Австралии проводились испытания английского атомного и ракетного оружия. В апреле 1954 г. в результате провокационной антисоветской кампании, орга­низованной австралийскими властями были прерваны нормальные дипломатические отношения между СССР и Австралией (они были восстановлены марте 1959 г.).

В годы войны и в первые послевоенные годы у власти в стране находилось лейбористское правительство. С 1949 г. начался длительный период пребывания у власти (вплоть до 1972 г.) правительств коалиции Либеральной и Аграрной партий. Эти правительства предприняли несколько широких наступлений на политические и экономические права трудящихся — подавлялись забастовочные движения, ограничивались права профсоюзов и вообще гражданские права. В 1951 г. была сделана попытка запретить компартию. Но все эти действия натолкнула на решительное сопротивление трудящихся.

В 50—60-х годах происходил процесс усиления зависимости Австралии от США по политической и военной линии и в то же время рост оппозиции в стране, в том числе среди определенной части пра­вящих кругов, проамериканскому внеш­неполитическому курсу. Согласие ав­стралийского правительства на создание американских военных баз на террито­рии континента и посылка (в 1965 г.) австралийских войск во Вьетнам были важнейшими вехами на пути проводив­шейся им политики следования за США. В Австралии развернулось широкое дви­жение против участия австралийских войск в войне во Вьетнаме на стороне американских интервентов. С середины 60-х годов по начало 70-х годов вопрос об этом участии занимал важнейшее ме­сто во внутриполитической жизни стра­ны.

В этот период лежавшая в основе вну­триполитического курса правительства доктрина ярого антикоммунизма была решительно отвергнута трудящимися.

В области внешней политики также вы­явилась несостоятельность проводивше­гося правительством курса, основные черты которого сложились в разгар «хо­лодной войны» и главным содержанием которого было участие Австралии на пра­вах «младшего» партнера США и Англии в борьбе этих империалистических дер­жав против сил социализма и нацио­нально-освободительного движения.

В середине 50-х годов произошел рас­кол Лейбористской партии. Исключен­ные и вышедшие из нее крайне правые элементы в 1955—1958 гг. объедини­лись в так называемую Демократическую лейбористскую партию (ДЛП), выдвинувшую ярую антикоммунистическую про­грамму. Вплоть до середины 70-х годов— до своего фактического распада —эта партия оказывала отрицательное влияние на соотношение политических сил в стране.

Во второй половине 60-х — начале 70-х годов правящая либерально-аграр­ная коалиция проводила курс практиче­ски безоговорочного следования за США на международной арене, и прежде всего в Юго-Восточной Азии. Однако в условиях обозначившегося провала американ­ской интервенции во Вьетнаме она пред­приняла шаги, чтобы выпутаться из этой авантюры: в декабре 1969 г. было объ­явлено о предстоящем выводе из Вьетна­ма части австралийского контингента (к началу 1972 г. завершился вывод всех ав­стралийских войск).

В конце 1972 г. после 23 лет пребыва­ния в оппозиции к власти в стране пришла Лейбористская партия. Поражение на выборах либерально-аграрной коали­ции объяснялось прежде всего резким ухудшением экономического положения страны и недовольством широких народ­ных масс политикой коалиции. Лейбо­ристское правительство осуществило ряд позитивных мероприятий в области вну­тренней и внешней политики. Были уве­личены ассигнования на социальные нужды, здравоохранение и образование. Были приняты некоторые меры по улуч­шению положения аборигенов. Введены ограничения деятельности иностранных монополий в стране.

Сразу же после прихода к власти лей­бористское правительство приняло ре­шение о немедленном отзыве всех оставшихся в Южном Вьетнаме австралийских военных специалистов и прекращении военной помощи сайгонскому режиму. Оно способствовало активизации отно­шений с СССР и другими социалистиче­скими странами. В январе 1975 г. состо­ялся первый в истории советско-австра­лийских отношений визит премьер-мини­стра Австралии в Советский Союз. По раду важных международных вопро­сов лейбористское правительство заняло позитивную позицию.

Практически завершился процесс до­стижения независимости австралийскими колониальными и подопечными территориями: в сентябре 1975 г. стала незави­симой Папуа-Новая Гвинея (ранее, в январе 1968 г., была провозглашена не­зависимость Науру). Во владении Ав­стралии осталось только несколько не­больших островных территорий.

Лейбористское правительство отошло в определенной степени от политики следования за США. Оно заявило о том, что Австралия — «сильная средняя дер­жава с собственными интересами». Вы­ступая за самостоятельность, это правительство не намеревалось, однако, отка­заться от военно-политического партнер­ства с Соединенными Штатами и неодно­кратно подтверждало свою верность АНЗЮС

Хотя лейбористское правительство не стремилось к радикальным переменам, его деятельность вызвала недовольство австралийских, а также иностранных — американских и других монополий. Мо­нополисты опасались, что это правитель­ство, осуществившее ряд социальных ре­форм и стремившееся к определенному ограничению свободы действий ино­странного капитала на континенте, могло под давлением трудящихся «зайти слиш­ком далеко». Их не устраивал и внешне­политический курс лейбористов. Они до­бились смены правительства.

В 1975 г. к власти вновь пришло либе­рально-аграрное правительство. Оно ста­ло проводить курс на ликвидацию социально-экономических реформ, осу­ществленных лейбористами, повело на­ступление на права трудящихся. Через парламент был проведен ряд антирабо­чих законов. Это правительство пыталось обеспечить стабилизацию экономики, переживавшей большие трудности (в 1977—1978 гг. безработица сохранялась на самом высоком за послевоенный период уровне — свыше 400 тыс. чело­век не имели работы), за счет трудящих­ся. На антирабочую политику правительства трудящиеся отвечали мощными за­бастовками. В 1978 г. австралийские трудящиеся устроили митинг протеста  против действий американской компании «Юта дивелопмент», ущемляющих их интересы.

 Для Австралии конца 70-х — начала 80-х гг. характерно обострение внутриполитического положения. В об­ласти внешней политики правительство также встало на путь отказа от линии сво­их предшественников. Оно проводило курс, который шел вразрез с наметившей­ся в мире тенденцией к разрядке. Концеп­ция зависимости безопасности Австралии от США, американского присутствия в азиатско-тихоокеанском регионе легла в основу этого курса. Либерально-аграрное правительство стало выступать за укрепление АНЗЮС, за упрочение аме­рикано-австралийского военно-полити­ческого партнерства в районах Индийского и Тихого океанов. Развивались отношения и с Японией. В 1976 г. был подписан договор о дружбе и сотрудниче­стве между Японией и Австралией, предусматривающий, в частности, их ши­рокое сотрудничество в разработке мине­ральных ресурсов Пятого континента. Внешнеполитическая активность Австралии развертывается прежде всего в азиатско-тихоокеанском регионе. Но проводящийся либерально-аграрным правительством курс не является, однако, возвратом к прошлому. Правящие круги страны не могут не учитывать глубокие перемены, происшедшие на мировой арене. В одном из заявлений правитель­ства прямо признавалось, что не может быть и речи о возвращении к политике прошлых либерально-аграрных прави­тельств, поскольку «мир изменился», и что «средняя держава» Австралия имеет собственные национальные интересы, которые «не обязательно тождественны интересам США».

Заявления либерально-аграрного пра­вительства о «советской угрозе» и зани­мавшаяся им в свете этого позиция по ряду важнейших международных вопро­сов играли отрицательную роль в разви­тии отношений между СССР и Австрали­ей. В то же время это правительство не могло не считаться с ростом влияния Советского Союза на мировой арене. Официальные представители правитель­ства неоднократно высказывались за «дружественные отношения и развитие сотрудничества с Советским Союзом».

В 1980-х годах имело место замет­ное расширение связей между СССР и Австралией в области научно-техниче­ского сотрудничества и культуры.


2015 www.global-echo.ru
Рейтинг@Mail.ru