Азия

Турция

       Содержание:

Культура Турции. Традиции и современность

В материальной и духовной культуре в их обычаях и обрядах смешива­ются и переплетаются традиции тюркских племен, мусульманские обычаи, местные малоазиатские традиции и европейские нововведения.

Основное пахотное орудие турецких земледельцев — де­ревянный плуг сапан, или карасапан. Он изготовляется крестьянами или сель­скими ремесленниками из твердых по­род дерева, чаще всего из дуба, и со­стоит из стана с подошвой и рукояткой, дышла и стойки, соединяющей стан с дышлом. К дышлу прикрепляется ярмо. Различается два вида карасапана: легкий и тяжелый. Легкий вспахивает поверх­ностный слой почвы — до 15 см в глуби­ну, тяжелый дает более глубокую вспаш­ку, для чего в него впрягают обычно не­сколько волов. Господствует на полях Турции легкий карасапан, влекомый па­рой волов. Деревенские бедняки за не­имением волов впрягают в плуг осла и корову. Но корова быстро устает, и далее плуг тащит один осел. Сельские жители с одобрением говорят о выносливости ишака: «Осел может загнать десяток ко­ров, да и самого хозяина». Это неприхотливое животное ценят еще и потому, что осел стоит в 8—9 раз дешевле, чем вол. Пахота карасапаном требует силы и опыта. Особенно сложна она на засорен­ных камнями полях, однако и травянистое поле приходится перепахивать не один раз. За день работы карасапаном можно обработать земельный участок около 0,2 га.

В Турции абсолютно преобладает хо­зяйственно-культурный тип пашенных земледельцев-скотоводов засушливой зоны. Другой характерный для стран Юго-Западной Азии хозяйственный тип — кочевых и полукочевых скотово­дов степей — представлен здесь в  незначительной степени.

Из-за крайней раздробленности полей один хозяин нередко владеет несколькими мелкими участками, и они могут быть обработаны только с помощью мотыги. Встречаются мотыги разных видов, кото­рые используют при вскапывании, окучи­вании, орошении, корчевании и т. п. Мотыги, как и лопаты, имеют также большое значение для обработки неболь­ших площадей земли на склонах гор.

Сеют, как правило, вручную. В некото­рых равнинных районах к карасапану прикрепляют приспособление, служащее для посева и сглаживания земли. Есть несколько видов борон, среди которых преобладает бревно с рядом деревянных зубьев.

Пашут обычно только мужчины, но боронованием иногда занимаются и жен­щины. Самая горячая рабочая пора в деревне — жатва хлебов. Мужчины уби­рают зерновые косой, женщины — серпами. Жница держит серп в правой руке, а на левую надевает особое защитное при­способление из дерева. В нем имеются углубления для безымянного, среднего и указательного пальцев, а корпус заканчи­вается слегка загнутым крючкообразным выступом, который служит для захваты­вания колосьев.

Сжатый хлеб перевозят с поля на ток на тяжелой двухколесной арбе (кагни) со сплошными деревянными колесами. Они наглухо прикреплены к оси, которая вра­щается вместе с колесами, отчего арба издает невероятный скрежет. Так как сельские дороги оставляют желать много лучшего и арба со снопами нередко опро­кидывается, возчикам приходится всю до­рогу подпирать ее с обеих сторон деревян­ными   вилами   с   редкими   широкими зубьями (яба) и деревянными граблями (тарах). Для обмолота снопов служит примитивная молотилка (дёвен), представляющая собой толстую двухметровую доску, усаженную острыми камнями Крестьянин гонит волов, впряженных в такую молотилку, по току, и камни вымолачивают зерно и режут солому. Зерно отвеивают подбрасыванием на деревян­ных лопатах или больших ситах.

Применение усовершенствованных сельскохозяйственных орудий очень ограниченно. Даже в наиболее развитом районе Полатлы столичного Анкарского ила, где темпы механизации сельского хозяйства выше средних по стране, по данным переписи 1965 г., на каждые десять крестьянских хозяйств приходи­лись 0,2 сеялки, 0,4 трактора, 2,3 желез­ных плуга; правда, за истекшие после указанной даты годы уровень агрикуль­туры заметно повысился.

В крестьянских хозяйствах еще не исчезли домашние промыслы, в особен­ности перерабатывающие продукцию жи­вотноводства: обработка и прядение шер­сти, валяние войлока, выделка грубой кожи для обуви и др. Прядут на деревян­ных веретенах (иг) или на прялках кустар­ного производства (чыкрык, ереке). На примитивных ткацких станках ткут шер­стяные, а иногда также хлопчатобумаж­ные, льняные, шелковые ткани. Особое место среди домашних промыслов зани­мает ковроткачество, в котором ис­пользуются станки вертикального типа.

Типы сельских жилищ варьируют по географическим зонам. На лесистом се­верном побережье Турции строят дома из бревен. В горных безлесных районах возводят жилые помещения и хозяйствен­ные постройки из необработанного кам­ня. На юге кочевники и полукочевники в прошлом предпочитали легкие жилища из кустарника и камыша, но в настоящее время подобные хижины играют роль лишь временных или хозяйственных по­мещений.

Больше всего в турецких деревнях, осо­бенно в Центральной Анатолии, строений из саманного кирпича, ибо глина — самый распространенный и дешевый ма­териал. В строительстве дома обычно принимает участие вся семья, а иногда также родственники и соседи. Женщины месят босыми ногами в яме глину с водой, куда подсыпают измельченную солому. Затем в специальных формах изготов­ляют кирпичи, которые сушат восемь — десять дней. Для подобного дома из сырцового кир­пича типична плоская дощатая крыша, которая кроется соломой, камышом, стеблями. Поверх насыпается 10 см земли со щебнем, утрамбовываемой каменным катком, чтобы ее не смывали дожди. Ежегодно хозяин дома осенью подсыпает на крышу новой земли. Пол, как правило, земляной, обмазанный глиной.

В домах для экономии тепла делают низкие потолки. Окон нет, или есть одно крошечное окошко. Свет проникает через дымовое отверстие в потолке и через открытую дверь. Посреди комнаты напротив входа сооружен очаг, к которому для тяги в полу проведен сквозной ход. Основной вид топлива — высушенный навоз (тезек). На очаг ставят деревянный каркас, который сверху на­крывают одеялами, чтобы удержать тепло. Под него забираются на ночь все члены семьи и ложатся ногами к очагу. В Турции и сейчас встречаются бедняцкие дома с единственной комнатой, где ютятся и люди и скот. В прошлом такие однокамерные жилища, видимо, были в Анатолии наиболее распространенными. В настоящее  время  крестьянский дом имеет, как правило, одну жилую комнату реже две, и отдельное помещение для скота,  но  хлев  и  навес для  соломы очень редко находятся под одной крышей с жилыми    помещениями.    Непременной частью крестьянской усадьбы является хозяйственный двор.   Лишь   в  горных деревнях, где основным занятием населения из-за нехватки земли является ско­товодство, встречаются усадьбы совсем без двора или с очень небольшим дво­ром— загоном для скота. В равнинных деревнях   хозяйственный двор  обычно окружен оградой, объединяющей все жи­вые и хозяйственные строения одного домохозяйства. Здесь под навесом лежит сельскохозяйственный инвентарь, стоят повозки.   Во дворе  может  находиться колодец, храниться топливо. Амбары в виде отдельных строений имеются лишь немногих    зажиточных    крестьян; обычно крестьяне хранят зерно в ямах, вырытых перед домом.

Во многих турецких селах дома обра­щены к улице глухой стеной, двери и окна выходят во двор, который отгоро­жен от внешнего мира забором. В подобной планировке дома сказалось влияние предписаний ислама, предусматривавших замкнутость семейного быта и сегрегацию полов. Это особенно харак­терно для домов зажиточных крестьян, в быту которых сохранилось больше кон­сервативных традиций.

Богатые дома отличаются обычно большими размерами и своей планиров­кой. Так, в Западной Анатолии встреча­ются двухэтажные строения с двускатной, крытой черепицей крышей. На первом этаже размещаются сени, хлев, амбар. Две-три жилые комнаты и своеобразная открытая веранда находятся на втором этаже, куда ведет внешняя боковая лестница. Дом состоит из двух половин: селямлыка, где имеется комната для гостей, и гарема, предназначенного для женщин и запретного для посторонних мужчин. В доме состоятельного человека есть особое помещение для кухни и ком­ната с дощатым полом и стоком для совершения ритуальных омовений.

Для городской архитектуры Турции ти­пичны дома с несколько выступающими вперед, наподобие балконов, вторыми этажами. Дома богатых горожан отлича­ются гладкими колоннами, здесь широко используются декоративная керамика и мозаика голубого и зеленого цвета — национальных цветов турок. В настоящее время характерный ближневосточный об­лик городов, создаваемый многочислен­ными мечетями с острыми, устремлен­ными ввысь минаретами, караван-сара­ями, фонтанами, сводчатыми базарами и банями с куполообразными крышами, до­полняется современными многоэтажны­ми зданиями из стекла и бетона.

Для интерьера традиционного турецко­го жилища характерно отсутствие какой бы то ни было мебели. Едят и спят на полу на циновках (хасыр), паласах (килим) и продолговатой формы подушках (миндер), расстилая на ночь тюфяки и одеяла, которые днем хранятся в стенных нишах (ниш дилабы). Одежду хранят в сундуке. На полке, висящей рядом с очагом, поме­щается кухонная утварь— глиняные горшки, миски, деревянные ложки. Пищу готовят в медном котле на очаге или на мангале, поставив на него тренож­ник. В убранстве домов более состо­ятельных крестьян можно встретить ков­ры, шкуры ангорских коз и более доро­гую посуду: орнаментированные медные чаши, блюда с крышками, стеклянные, фаянсовые и другие изделия. В таких домах в последнее время все чаще встре­чается и мебель: стенные шкафы, дива­ны, кровати и т. д.

Традиционная одежда в современной Турции частично сохранилась только в деревнях. Городское население носит одежду общеевропейского типа. Извест­ный национальный колорит в одежде горо­жанок придают лишь шали, а одежде горожан — подвернутые задники боти­нок, чтобы легче было их снимать, входя в комнату, где, по обычаю, ходят без обуви.

Основные компоненты традиционной мужской и женской одежды турок совпадают. Она состоит из шаровар (шальвар), рубахи (гёмлек), жилета (йелек), пояса (кушак) и головного убора.

Шаровары сохраняются среди крестьян повсеместно, чаще всего как элемент повседневной одежды. На их изготовле­ние идут ткани темных тонов, как прави­ло, кустарного производства. Шаровары широки в поясе и постепенно суживаются книзу. Ширина шага увеличивается за счет вставленных дополнительных кли­ньев, отчего спереди и сзади у талии и между ног образуется множество складок. Такой покрой удобен и для работы в поле, и для того, чтобы сидеть, скрестив ноги «по-турецки».

Рубаха — гёмлек имеет туникообразный покрой, лишенный плечевых швов. Поверх шаровар и рубахи турецкая женщина надевает длинное, до пят, платье, напоминающее халат с рукавами, закрывающими кончики пальцев (энтари). Есть две разновидности энтари. Одна из них имеет вырез на груди и разрез, идущий от ворота до подола, скрепля­емый у талии тремя пуговицами, а также два разреза по бокам, от талии до подола. Отсюда название этой разновидности платья — уч этэк энтари, т. е. «энтари с тремя полами». Другой фасон энтари не имеет разреза спереди, а только два боковых. Он называется ики этэк энта­ри — «энтари с двумя полами». В обоих случаях платье перепоясывается куша­ком.

Иногда женщины носят поверх энтари короткий, глубоко вырезанный жилетик (йелек), распашной или застегивающийся на три пуговицы. Йелек обязательно входит в свадебный костюм невесты. В этом случае он делается из шелка и украшается мишурой, золотой и серебря­ной вышивкой.

Еще один элемент верхней женской одежды — род короткого жакета на под­кладке, с длинными рукавами (ичлик), который часто, как и йелек, не имеет пуговиц. В зависимости от достатка и назначения его шьют из разной материи и отделывают цветным шнуром, мелкими металлическими дисками, а по обшлагам, по вороту, вдоль пол и по подолу укра­шают стилизованным орнаментом. Ич­лик является обязательным компонентом традиционного свадебного наряда.

Обязательный атрибут женского ко­стюма— надетый поверх юбки длинный передник (пештемаль). В Восточной Анатолии он представляет собой шаль, которая переброшена через узкий вяза­ный кушак и висит спереди до колен. В некоторых районах страны на тур­чанках можно видеть широкие, присбо­ренные у талии прямого покроя юбки (фистан) и короткие кофты из светлой ткани. В последние годы вблизи городов все чаще встречается платье из фабрич­ных тканей с мелким рисунком, отрезное по талии, с прямой неширокой юбкой и длинными рукавами. Платье надевают поверх шаровар, которые выступают из-под него на 25—30 см.

Самый распространенный женский го­ловной убор — платок. Пожилые женщи­ны, следуя обычаю, повязывают его вокруг шеи и низко опускают на лоб, чтобы он полностью прикрыл волосы, а также рот и подбородок. На плечи и голову набрасывают язма — большую шаль из белой или узорной тонкой ткани с растительным орнаментом.

Женская обувь — это кустарные полуботинки из черной кожи (чивили кун-дура), сапоги (чизме) и др. Зажиточные крестьянки носят обувь из сафьяна, а вблизи городов — туфли фабричного производства. Большинство же сельских жительниц в теплую погоду ходят боси­ком. Из женских украшений распростра­нены бусы из кораллов, ожерелья из ста­ринных монет, браслеты, серьги, кольца. Девушки из богатых семей носят налоб­ные повязки, обшитые золотыми моне­тами.

Мужчины наряду с описанным выше типом штанов, особенно распространен­ных на севере Анатолии, носят главным образом на юге и юго-востоке более узкие штаны из легкой ткани. Мужские штаны держатся на вздержке с помо­щью гашника (учкур), концы которого завязываются спереди и украшены вы­шивкой. Внутрь штанов заправляется ру­баха. Наряду с рубахой туникообразного покроя встречается рубаха с плечевыми швами (минтан). Она имеет низкий сто­ячий ворот и застегивается спереди на три пуговицы. Поверх надевают короткий, до талии, жилет — йелек, а в холодную пого­ду— короткую теплую куртку (чепкен) из грубой шерстяной ткани местного про­изводства. Наматываемый поверх жилета или куртки кушак достигает в длину 3—4 м, а в ширину — полметра. За поясом хранят деньги, спички, табак. В холодное время поверх рубахи и под жилетом носят еще один широкий пояс, обычно шерстяной.

К традиционным элементам мужской одежды относятся также пастушеские плащи из войлока— кепенек и аба, сохраняющиеся до настоящего времени у турок-скотоводов.

Мужская обувь разнообразна. Это де­ревянная обувь, постолы из сыромятной кожи (чарыки), кожаные туфли со слегка загнутыми носами (йемени), а также галоши, которые надевают на шерстяные носки.

Праздничный мужской костюм мало отличается от будничной одежды. Нарядность куртке и штанам придает отделка из темных шнурков или тесьмы на груди, спине, вдоль рукавов и боковых швов на штанах.

Мужская традиционная одежда сохранилась у турок в меньшей степени, чем женская. В последние десятилетия в турецкую деревню, особенно в равнин­ные районы, начала проникать одежда европейского типа: дешевые пиджаки и рубашки массового производства, городская обувь. Вместо отмененной в 1925 г. османской фески в быт вошла фабричная кепка (каскет), которую носят наряду с некоторыми традиционными головными уборами (башлык и др.).

Основу питания для большинства насе­ления, в особенности для крестьян, составляют хлеб и изделия из муки и зер­на, а также молочные продукты и овощи. Хлеб выпекают круглой формы (экмек) и в виде лепешек (лаваш, гёзлеме, хамур-суз и др.). Деревенские женщины заготав­ливают впрок лепешки из кукурузной муки; они быстро черствеют, и есть их можно только размочив в воде или в айране (напиток из разбавленного водой кислого молока). Из дробленой пшеницы (булгур) варят крестьянский плов, за­правленный растительным маслом. Мо­локо употребляют как пресное, так и кислое (йогурт). В ходу творог (кеш), разные виды сыра, особенно тулум пей-нири, хранимый в бурдюках сыр из ове­чьего молока.

Рыбу едят преимущественно жители побережья. В состоятельных слоях насе­ления наиболее употребительна барани­на и мясо домашней птицы. К числу излюбленных мясных блюд принадлежат плов из риса с жареной бараниной (пиринч пилавы), шашлык, люля-кебаб. Бо­гатые крестьянки заготавливают на зиму жареное мясо (кавурма), которое скла­дывают в глиняные кувшины с узким гор­лом, заливают жиром и хранят в холод­ном месте. Распространенное блюдо — пана, нечто вроде студня. Его готовят из бараньих и коровьих ног с разными при­правами и едят в горячем виде. Летом турецкие хозяйки подают к обеду долму — фаршированные кабачки и поми­доры.

Из напитков помимо айрана в ходу фруктовые шербеты и кофе. Вопреки исламским запретам получают распро­странение алкогольные напитки. Но сви­нину турки, как и другие мусульмане, не употребляют в пищу.

Едят за круглым металлическим подно­сом, который ставят на пол на подстилку или на складную деревянную подставку. Жидкую пищу едят ложками, как правило, из одного блюда. В остальных случаях во время еды прибегают к помощи рук и куска лепешки. Лишь в городской среде в быт вошли европейские столовые при­боры.

В современном семейном быту турок новые веяния сочетаются с традициями патриархально-феодального быта. Еще в 20-х годах XX в. в стране было отмене­но многоженство и введено обязательное гражданское оформление брака. Однако и в настоящее время среди зажиточной прослойки сельского населения имеют место случаи многоженства. До сих пор крестьяне в большинстве случаев воздер­живаются от гражданского оформления брака, ограничиваясь, как и в прежние времена, брачным контрактом, закрепля­емым традиционной свадьбой с обяза­тельным участием духовного лица. Во­преки нормам гражданского законода­тельства, установившего брачный воз­раст для юношей в 18 лет, для девушек в 17 лет, в деревне заключаются браки между несовершеннолетними: девушки выходят замуж в 13 - 15 лет, юноши женятся лет в 15 - 16. Турецкая посло­вица гласит: «В пятнадцать лет дочь должна быть либо замужней, либо в могиле». На свадьбу приглашаются не только родственники, но и жители дерев­ни. Невесту ведет в дом жениха веселая процессия. После свадьбы, когда друзья и родственники расходятся по домам, неве­сту ведут в комнату, где она остается до окончания пятой дневной молитвы. Если жених живет в другой деревне, парни деревни, из которой ведут невесту, забе­гают вперед, преграждают путь телеге веревкой и, только получив вознагражде­ние, пропускают свадебный кортеж. В старых османских сказках свадебный пир длится сорок дней; сегодня в состоятельных турецких семьях свадебные торжества длятся семь дней.

Во вновь созданной крестьянской семье событием первостепенной важности является рождение первого ребенка. Бездетность жены нередко приводит к разводу. В борьбе с бесплодием деревенские повивальные бабки (эбе) применяют многочисленные, преимущественно магические, приемы. Особенно большое значение придается рождению сыновей: оно отмечается особым торжеством — оглан халвасы, когда в дом готовят халву, шербет и созывают родственников и соседей.

Явное предпочтение, отдаваемое рождению мальчика, связано с условиям ведения единоличного крестьянского хозяйства и пережитками патриархальных отношений. Хотя по нормам гражданского законодательства сын и дочь имею право на равные доли наследства, в деревне еще действуют законы шариат и обычного права, по которым земля, тягловый скот и дом в основном переходят сыновьям. Дочь получает лишь ту част имущества, которую ей посчитают уместным выделить.

Семья чаще всего малая, состоящая только из родителей и их детей. Средняя численность сельской семьи 5 - 6 человек, городской 3 - 5 человек. Лишь из редка в деревнях встречаются более многочисленные неразделенные семьи, в которых совместно с родителями проживают их женатые сыновья. В селениях Центральной Анатолии в подобные семьи иногда входит до 20 человек. В главе семьи обычно стоит старший мужчина, чаще всего отец. Он решает все важнейшие хозяйственные вопросы, ведает всеми доходами и расходами.

В крестьянской семье существует строгое разделение труда по полу и возрасту На полях, в садах, огородах, на виноградниках мужчины выполняют наиболее тяжелые виды сельскохозяйственных работ. Женщины помогают им в полевых работах, особенно в период уборки урожая, ухаживают за домашним скотом несут на своих плечах все домашнее хозяйство. Доставка воды из источника, стирка белья, выпечка хлеба, уход за детьми — всем этим занимаются только женщины. Даже совершенно свободный от дел мужчина никогда не поможет в этом, считая подобное занятие для себя унизительным.

Очень рано начинают трудиться кре­стьянские дети. Девочки с 5—6 лет подметают пол, нянчат грудных братишек и сестренок. С 6—8 лет они учатся владеть вязальными спицами. Вначале вяжут только узкие пояса, а годам к 12 принимаются и за вязку чулок. С 13 лет девочки носят воду из источника, ходят со взрослыми женщинами на полевые работы. Мальчики с 8 лет стерегут и поят скот, а в 12 они уже учатся пахать землю. Основной воспитатель подросшего сына — отец. Авторитет его беспрекословен. Даже взрослый сын не имеет права возражать отцу, говорить в его присутствии публично без его на то разрешения, курить, снимать головной убор и д. В недавнем прошлом детям с ранних лет прививалось чувство превосходства мужчин над женщиной. Жена должна была беспрекословно подчиняться мужу, однако за последние десятилетия патриархальные нравы становятся все более редким явлением.

В городах власть традиций постепенно уступает перед современными веяниями. Со времени реформ Мустафы Кемаля Ататюрка в стране достигнуты значительные успехи. Женщина имеет право избирать и быть избранной. Все большей становится ее роль в фабричном производстве, во многих сферах государственной, общественной, научной и культурной деятельности. Однако в семейном быту влияние традиций прошлого еще значительно. Так, и в городе выбор невесты происходит при активном участии родственников жениха, помолвка совершается только при согласии родителей и т. п.

В общественном быту также еще заметны остатки восточного средневековья. Самое оживленное место в городе и крупном селении — базар с прилегающими к нему улицами, где обычно сосредоточены  ремесленные  кварталы. В лавках-мастерских работают ремесленники, и тут же они продают готовую продукцию. На улице идет бойкая торговля бубликами, жареными каштанами, шашлыком. Под открытым небом цирюльник принимает клиентов, здесь же типичный писец составляет прошения, пишет письма «по просьбе неграмотных крестьян». Впрочем, уличные писцы уже сменили перо на современную печатную технику. В небольших городах роль своеобразных клубов все еще играют бани, а также кофейни, где горожане коротают время за кофе и кальяном, игрой в нарды и карты. В селениях местом общественных сборищ мужчин летом служит площадь с мечетью, зимой — кофейня или любое общественное помещение —комната   (кей   одасы),   где часами играют в нарды и карты.

Сельские женщины даже во время праздников, религиозных или семейных, развлекают­ся, пляшут и поют отдельно от мужчин. В общественной жизни деревни боль­шое влияние имеет совет старейших, который совместно с сельским старо­стой — мухтаром и духовным настояте­лем — имамом разбирает имущественные тяжбы, споры между соседями и семей­ные распри. Крестьяне в подобных ситу­ациях предпочитают не обращаться к официальным властям.

В современной Турции с ростом актив­ности масс усиливается роль обществен­ных организаций, которые объединяют трудящихся, студенческую молодежь, женщин, интеллигенцию.

Очень богат турецкий фольклор, в значительной своей части восходящий к фольклору огузских племен и еще в сред­ние века получивший письменное оформ­ление. Это легендарные и исторические предания огузов, объединенные в геро­ическом эпосе «Огузнаме» (XI— XII вв.), трудовые, обрядовые и другие песни, включенные в XI в. Махмудом Кашгарским в знаменитый «Диван тюркских языков» и т. д. В развитии устного творчества большую роль сыграли народные певцы (озаны), первым из которых, по преданию, считается мудрый наставник огузов Коркуд, вокруг образа которого возник цикл сказаний, частью оформлен­ный впоследствии в «Книге моего деда Коркуда». Очень популярны историче­ские сказания (дастаны), связываемые с именем легендарного героя Кёр-оглу. Из других устных поэтических произведений распространены задорные, напоминающие наши частушки, четверостишия (мани), сатирические песни (ташлама) и лирические песни (тюркю). Популярны также шуточные рассказы о якобы жив­шем в конце XIV — начале XV в. Ходже Насреддине и короткие анекдоты, рас­сказываемые от лица Бу-Адама («этот человек»).

Песнями часто сопровождаются нацио­нальные танцы и игры. Из танцев осо­бенно распространены хорон, круговой танец дервишей, танец с саблями и щи­том. Игры есть как комнатные, так и мас­совые, сопровождающие свадьбы и дру­гие празднества. Многие старинные игры приобрели в современной Турции спор­тивный характер: стрельба из лука, борьба силачей (пехлеванов), скачки и т.д. Эпические произведения нередко представлены в репертуаре народного уличного театра (орта оюну). Есть и народный театр теней (карагёз оюну), называющийся так по имени главного героя пьес — Карагёза (Черного глаза), приблизительно соответствующего на­шему Петрушке.

В народном декоративно-изобрази­тельном искусстве турок из-за запрета, наложенного суннитским исламом, отсут­ствуют изображения человека и живот­ных, но богато представлены изображе­ния растений и арабески. Ими украшены сделанные с большим изяществом произ­ведения анатолийских мастеров: ковры, паласы, вязаные носки, рукавицы и кошельки, деревянная, металлическая и фаянсовая посуда.

Духовная культура турок продолжает испытывать сильное влияние религии и духовенства. Это влияние было еще сильнее до кемалистской революции, ко­гда турецкий султан одновременно был и халифом — духовным главой всех му­сульман. В то время духовенство зани­мало ключевые позиции в народном образовании и судопроизводстве, а многочисленные дервишские ордена наса­ждали религиозный фанатизм в отста­лых, преимущественно крестьянских, слоях населения. Враждебность духовен­ства к буржуазным реформам заставила камалистское правительство существен­но ограничить его официальную роль. Однако, подорвав позиции духовенства в его сопротивлении буржуазным рефор­мам, правящая верхушка вскоре вновь обратилась к помощи религии как сред­ству идеологического воздействия на на­родные массы.

В 30-х годах XX в. написанный по-арабски и непонятный широким сло­ям населения Коран был переведен на турецкий язык, в 40-х годах было вновь введено преподавание религии в на­чальных    школах,    некоторые    запре­щенные духовные ордена фактически продолжали свое существование.

Официальные служители культа главы дервишских орденов — шейхи поддерживают среди верующих мысль тщетности земной жизни и греховное борьбы за ее улучшение, разжигают нетерпимое отношение к иноверцам следят за соблюдением религиозных предписаний. Часть населения продолжает соблюдать изнурительный мусульманский месячный пост рамазан, большинство отмечает праздник жертвоприношения (курбан-байрам, или бююк-байрам) и знаменующий окончание paмазана праздник разговения (шекер-байрам, или кючюк-байрам), а также другие мусульманские праздники. Даже в горе еще и сейчас можно встретить турка, расстелившего с наступлением положенного часа свой молитвенный коврик (Seccade) и коленопреклонно творящего одну из пяти ежедневных молитв (намаз) где-нибудь в стороне от людского потока улице или в углу магазина.

Не стерлись и остатки некоторых домосульманских верований. Особенно распространена вера в священную силу отраженная в почитании очага, в очищающую силу воды, ношение всевозможных амулетов от болезней, «сглаза».

Турция интересна не только причудливым переплетением древних местных традиций с веяниями современной западной культуры, но и знаменитыми историческими памятниками, привлекающими множество иностранных туристов. Их влекут в эту страну полуразрушенные стены легендарной Трои; развалины Бергамы (Пергама), давшей миру пергамент и знаменитой своим храмом-лечебницей Эскулапа; памятники Эфеса, можно увидеть уцелевшие колони одного из семи чудес света — сожженного честолюбцем Геростратом храм Артемиды; руины Сард — столицы древней Лидии, прославившейся сказочными богатствами ее царя Крёза; остап Галикарнаса — родины «отца истории Геродота; памятники эллинов, римлян византийцев, сельджуков и турок-османов в Стамбуле и Измире, Анкаре и Бурсе, Конье и Эдирне.

Турция богата историческими музеям Старейший среди них — Музей двор Топкапы. Здесь собраны богатейшие коллекции турецкого оружия, тканей, вышивок, изразцов, стекла, фарфора, монет, серебра, драгоценностей, картин миниатюр, иллюстрированных рукописей, султанских экипажей. В Эфес Измире и Бергаме места, где обнаружены ценные археологические памятники, превращены в музеи под открытым небом.

После установления в Турции респу­бликанского строя было провозглашено всеобщее обязательное начальное обу­чение. Однако и сейчас около 35% насе­ления страны, начиная от детей школь­ного возраста и старше, продолжают оставаться неграмотными. Сказываются тяжелое материальное положение бедней­ших слоев общества, недостаток учебных помещений, оборудования, педагогиче­ских кадров.

Все же кемалистские реформы — отде­ление религии от государства, введение светского образования, замена арабского алфавита более легким латинским — спо­собствовали модернизации системы про­свещения и активизации научной жизни в Турции. Средневековые схоластические методы изучения уступили место совре­менным методам исследований. Откры­лись новые университеты и научные цен­тры. Университеты Стамбула и Анкары своей исследовательской работой доби­лись международного признания. Круп­ными научными организациями Турции являются также Турецкое историческое общество (организовано в 1931 г.) и Турецкое лингвистическое общество (основано в 1932 г.). Значительную роль в научной и культурной жизни страны играют библиотеки. Самая крупная из них — Национальная библиотека в Ан­каре (основана в 1946 г.). В ее фондах более 500 тыс. единиц хранения по всем отраслям знаний. Здесь в 1955 г. с помо­щью ЮНЕСКО основан Институт би­блиографии, который издает бюллетень (Библиография Турции» и другие рабо­ты. Крупные библиотеки существуют также при высших учебных заведениях Стамбула, Анкары, Измира, а также при старинных мечетях. Созданный в 1936 г. архив Совета министров в Анкаре имеет до 100 млн. единиц хранения и является крупнейшим архивным хранилищем Тур­ции.

Еще в начале нашего столетия предпри­нимались первые попытки возрождения турецкой литературы, до этого в основ­ном следовавшей традиционалистским канонам средневековья. Появилось нема­ло произведений, посвященных нацио­нально-освободительной борьбе турецко­го народа. В 30-е годы в связи с превра­щением Турции из полуфеодальной и полуколониальной страны в самосто­ятельное буржуазно-национальное

госу­дарство, в литературных произведениях вышла на первый план главным образом интеллигенция, которая боролась против феодально-мусульманских   традиций   и строила новую Турцию. Тогда же стало возникать, в частности вокруг журнала «Ресимли ай», прогрессивное течение, стремившееся к созданию истинно народ­ной, революционной литературы. Во главе его встали известный прогрессив­ный поэт Назым Хикмет и писатель Саба-хаттин Али. В романах и рассказах писа­телей этого направления, выступавших с позиций критического реализма, изобра­жались бесправие, нищета, тяжелая доля народа, жизнь мелких чиновников.

Накануне второй мировой войны в литературной жизни усилилось реакцион­ное течение, проповедовавшее «чистое искусство». Возобладали мотивы одино­чества, тоски, уединения. Годы войны отмечены литературным застоем. Лишь после разгрома фашизма, когда в Турции начался подъем демократического движе­ния, прогрессивное течение в турецкой литературе получило дальнейшее разви­тие. Поэты из объединения «Треножник» — Орхан Вели Канык, Мелих Джевдет Андай и Октай Рифат Хорозчу — высту­пили с манифестом обновления турецкой поэзии. Главными героями их поэтиче­ских произведений стали простые труже­ники, язык которых они старались ввести в свои стихи. За последнее десятилетие появился целый ряд романов и рассказов, посвященных жизни маленького челове­ка города, связям города и деревни, социальным язвам турецкой действительности. Многие талантливые писатели приобрели большую популярность на ми­ровом литературном поприще. Произведения Азиза Несина, Орхана Кемаля, Кемаля Тахира, Яшара Кемаля, Халдуна Танера переведены на многие языки народов мира. Однако турецкая литера­тура последних лет неоднородна. Реали­стическому направлению и в поэзии и в прозе противостоят модернистские, дека­дентские течения.

Большую роль в развитии духовной культуры играют средства массовой ин­формации. Турецкая периодическая пе­чать имеет давнюю историю. В стране издается более 900 газет, а их общий тираж достигает почти 2 млн. экземпля­ров. Наиболее влиятельны и распростра­нены газеты «Хюрриет», «Терджюман», «Миллиет», «Джумхуриет». Небольшими тиражами издается свыше 600 журналов, из которых наибольшим числом подпис­чиков располагают «Варлык», «Хисар», «Тюрк дили». Начало радиовещания от­носится к 1926 г. Новое явление в куль­турной жизни — телевидение. Программ­ные передачи для района Анкары нача­лись с 1969 г., а вслед за этим — для рай­онов Стамбула и Измира.

Традиционный народный театр и про­никшие в Турцию западноевропейские сценические формы положили начало развитию современного театрального ис­кусства. Один из первых таких театров — Дарюльбедайи османи («Османский храм искусства») был создан в Стамбуле в 1914 г. В настоящее время действуют государственные и частные театры во всех больших городах. В Анкаре и Стам­буле имеются театры оперы и балета. В репертуар театров включены произве­дения классиков и современных дра­матургов Турции и западных стран. Ставились также пьесы русских авторов: Л. Толстого, А. Чехова, М. Горького. «Отцом турецкого театра» признано считать Мух-сина Эртугрула.

Турецкая классическая музыка в основ­ном представлена произведениями круп­ной формы — инструментальными сю­итами и имеет одноголосный мелодиче­ский стиль с богатой интонационно-ладо­вой и ритмической основой. Вершиной современной музыки признана опера «Кёроглу» (по одноименному народному эпосу) крупнейшего композитора Турции Аднана Сайгуна. Турецкие оперные певцы (Лейла Генджер, Айхан Баран, музыканты Идиль Бирет, Суна Кан, Айла Эрдузан и др.) неоднократно гастролиро­вали в странах Европы.

Киноискусство Турции имеет полувеко­вую историю и занимает одно из первых мест в мире по количеству выпускаемых фильмов. Качество большинства филь­мов невысоко, но некоторые из них вышли на мировую арену и получили международные премии за свое социаль­ное содержание. К числу лучших отно­сятся фильмы «Безводное лето», «Чужой в городе».

Изобразительное искусство, как отме­чалось, в прошлом было сковано запре­тами суннитского ислама, и по существу живопись и скульптура стали развиваться в стране лишь в новейшее время. В рабо­тах первого поколения турецких мастеров кисти четкие линии и яркие цвета тради­ционной миниатюры уступали место вза­имосвязи света и тени, а традиционные книжные иллюстрации дополнялись пей­зажами и сценами из жизни современной Турции. Многие турецкие художники, вы­пускники Стамбульской академии изящ­ных искусств, стажировались у знамени­тых европейских мастеров. После возвра­щения на родину в большинстве своем они стали пропагандистами различных западных школ живописи и создали ряд модернистских полотен. Им противосто­яли художники-реалисты, которые черпа­ли свое вдохновение в народном искус­стве Анатолии. Таких художников назы­вали «фольклористами». Выступая про­тив академизма, за самобытное турецкое искусство, они создали ряд произведений, отмеченных большим своеобразием. Та­ковы картина «Ковровщица» Тургута За­йма, некоторые работы Бедри Рахми Эюбоглу, Ибрагима Балабана и других художников. На международных конкурсах турецкие карикатури­сты, графики и скульпторы завоевывали высокие на­грады. Произведе­ния современных художников собраны в Музее живописи и скульптуры в Стам­буле (основан в 1937 г.).

Сходные явления наблюдаются и в турецкой архитектуре. Многие архитекто­ры нового поколения копируют своих западных коллег. Но немало и таких зод­чих, в работах которых достижения миро­вой архитектуры соединяются с нацио­нальными традициями. Построенные в этом стиле здания отличаются скромностью и простотой: гладкими стенами с широкими окнами и большими лоджи­ями, сочетаемыми с традиционными пло­скими кровлями и закрытыми балконами. Большой интерес в этом отношении пред­ставляют такие общественные сооруже­ния, как здания Великого национального собрания Турции (архитектор Ведад Бей), Анкарского института образования (ар­хитектор Кемаледдин Бей), Турецкого исторического общества в Анкаре (архитек­торы Тургут Джансевер и Эртур Енер), мавзолей Кемаля Ататюрка (архитекторы Эмин Онат и Орхан Арды).

Современные виды спорта объединены главным образом вокруг двух крупней­ших клубов — «Галатасарай» (основан в 1905 г.) и «Фенербахче» (создан в 1907 г.). В стране очень популярны фут­бол, баскетбол, теннис, плавание. Бы­стрыми темпами развиваются велоспорт, мотогонки, авторалли, горнолыжный спорт. Однако наибольшей любовью пользуются имеющие глубокие истори­ческие корни в турецкой культуре борь­ба и конные состязания.

За десятилетия существования Турец­кой Республики произошли заметные сдвиги в системе здравоохранения. В стране открыто значительное количество государственных и частных лечебных учреждений — больниц, родильных до­мов, диспансеров, поликлиник. Однако успехи в области здравоохранения еще далеко не разрешили его насущных про­блем. В сельских районах Анатолии и в восточной части страны не хватает врачей и больниц.


2015 www.global-echo.ru
Рейтинг@Mail.ru